— Разведка показывает, что их комплексы не оснащены оружием, — парировал вице-адмирал.

— Но мы не можем гарантировать, что оружие соответствующей мощности не будет развернуто, — стоял на своем Восьмой.

— Тем важнее нанести внезапный сокрушительный удар, — упорствовал Шестой.

— Удар, который заведомо лишит аборигенов способности к сопротивлению, должен быть такой мощности, которой, во-первых, Флот не располагает, а во-вторых, которая нанесла бы ущерб планете в целом, включая ее Главный Ресурс, — констатировал Восьмой.

— А чего нам крохоборничать, мы не на родине, — мысленно буркнул Шестой. Он был известен своей прямотой и порой позволял себе опасные высказывания — может быть, поэтому до сих пор ходил в Шестых и оставался «вице», хотя был старше адмирала на пять циклов. — Здесь этого ресурса…

— Вот именно изобилие Ресурса наводит на мысль, что оружия может вообще не быть, — вступил в дискуссию Девятый. — На столь богатой планете попросту нет серьезных предпосылок для конфликтов. Так что, если только аборигены не сталкивались прежде с агрессией из космоса, они могут в принципе не знать, что такое война. По правде говоря, меня вообще удивляет, как на столь благоприятной планете мог развиться разум. Ведь именно борьба с суровым климатом и дефицитом ресурсов оставалась основным стимулом развития.

— Но добыча Ресурса сама по себе может быть достаточно опасным занятием, — напомнил адмирал.

— В природных условиях, благоприятных для естественной инкубации, потери среди Добытчиц можно компенсировать высокими темпами размножения, — неторопливо добавил Восьмой. — Разум как таковой здесь не требуется. Надо признать, в мыслях коллеги Девятого есть резон.

— То есть ты отменяешь предыдущую позицию? — уточнил Шестой.

— Нет, я считаю необходимым рассматривать все возможности, — возразил Восьмой.