Можно, конечно, передать дело в суд и в таком виде — нелюдю живо обеспечат петлю — или хотя бы дать возможность убийцам, нанятым безутешным отцом, добраться до кахэ в тюрьме, но это испортит мою репутацию. Слишком уж шатки — если не сказать, сомнительны — доказательства его вины. Да, кинжал работы треклятых южан, сиречь кахэ. Да, мужчина находился рядом с трупом. Да, убийство совершено в соответствии с традициями все тех же кахэ. Но вот оттиска ауры мужчины на оружии обнаружить так и не удалось, хотя эксперты вокруг орудия убийства едва ли не танец орочьих шаманов исполняли. Возможно, он использовал магию, поэтому и не оставил следов на кинжале, возможно, контакт с оружием был слишком короток… Вот только любой более-менее умный присяжный поверенный вцепится в эти «возможно» мертвой хваткой. Конечно, оправдательного приговора добиться просто нереально, учитывая положение убитой и расовую принадлежность подозреваемого, но ткнуть всех носом в грубо проделанную мною работу будет легче легкого. А разве я хочу, чтобы моя создаваемая годами репутация обернулась прахом из-за одного несчастного дела? Значит, придется выяснить, кто этот злосчастный кахэ, откуда взялся, его связь с жертвой, мотив преступления, в конце концов. Да, кахэ — нелюди, но это еще означает, что подозреваемый настолько глуп, чтобы проникнуть в столицу человеческого государства, где на его сородичей косо смотрят, и убить дочь одного из влиятельнейших аристократов, да еще и позволить себя поймать.

Ладно, демоны со всем этим, у меня рабочий день закончен. Отчитаюсь перед шефом и домой, отсыпаться. Этот проклятый нелюдь меня окончательно вымотал.

Итэн Гросс, начальник отряда дознавателей королевской стражи славного города Иллэны, столицы Эрола, пребывал в гнетущем расположении духа. Причиной этого стал очередной проситель, которого правильнее было бы назвать требователем. С одной стороны, Гросс, пожилой уже мужчина, понимал горе отца, потерявшего дочь, но это чисто человеческое чувство не имело никакого отношения к занимаемой должности.