На кухне уже шкворчит яичница и недовольно бормочет закипающий чайник-тефаль. Теперь, на свету, девушку наконец можно рассмотреть как следует - а она того стоит: это прелестная миниатюрная шатенка, удивительно напоминающая Неёлову времен "Осеннего марафона". Она уже успела докурить и теперь с печальной улыбкой кивает Робингуду на ущербную луну за окошком:

- С добрым утром. На яичницу с кофе тебе времени уже не отпущено?

- Скорее нет, чем да. Прости, что так вышло...

Пару мгновений она молчит, бесцельно ощупывая отвороты его куртки, а потом внезапно поднимает голову:

- Это... это будет очень опасно?

- Да нет, не думаю. Тут хуже: передо мной, похоже, задача из числа невыполнимых - ну, типа "соткать за ночь ковер"... Так что в некотором смысле мне сейчас предстоит сочинить сказку.

- Лишь бы только у тебя вместо сказки не сочинилась легенда...

- Да? А в чем разница? - просвети двоечника...

- В легенде всё очень возвышенно и благородно, только вот главный герой в финале обязательно должен погибнуть. Такие дела... А нельзя ли сочинить незатейливый голливудский боевик с гарантированным хэппи-эндом?

- Попробую, - чуть заметно улыбается атаман. - У меня есть очень неплохие сценаристы...

12

Тусклое золотое тиснение старинных книжных корешков - воплощение того самого, истинного аристократизма, что не нуждается уже ни в каких внешних проявлениях; нескончаемые ряды фолиантов уходят во мрак спящей квартиры, за пределы уютного нимба вокруг ночника-бра. В глубоком кожаном кресле под ночником - запахнувшийся в бухарский халат Подполковник с книгою на коленях и спутниковым телефоном в руке:

- ...Боря, главнокомандующий - это ты, а я - всего лишь начальник штаба; ты решаешь, ЧТО надлежит делать, а я придумываю - КАК. И если ты уже принял решение брать штурмом эту самую тюркестанскую Лубянку, чтобы вытащить того парня - мне придется подчиниться и составить оперативный план... Ах, всё-таки еще не принял!..