- Шантажист из тебя, Боря, как из дерьма - пуля, - вздыхает в ответ "честный мент". - Знаешь, как убили российского самодержца Петра Третьего? Вилкой! Самой обычной вилкой, вроде вот этой... Ты хоть въезжаешь, что по части рукопашного боя ты передо мною такой же щенок, как я перед тобой - по части стрельбы?.. И завтра в "Московском мозгомойце" появится заметка на пять строк, типа: "Два удара - восемь дыр! Известный криминальный авторитет Боря-Робингуд был вчера заколот вилкой в забегаловке у метро "Коньково"; ведется следствие". Как тебе такой некролог?

- Бросьте, Александр Арвидович: это ведь не шантаж и не вербовка. Просто я начал свою собственную войну против Ибрагим-бека и теперь ищу союзников - даже самых неожиданных. Вам это интересно?..

- Нет, - отрезает седеющий. - Уже нет... Для меня дело закрыто, ясно?

- Ну так отдай свои разработки по Ибрагим-беку мне, и Богом клянусь: мы возьмем его за яйца - по-своему, по-простому! Или так и будешь сидеть на этих материалах, как собака на сене - ожидаючи посуленной вашим Президентом "диктатуры закона"?.. Короче, - тут атаман, не прощаясь, поднимается из-за столика, - я буду ждать твоего звонка; мой телефон - непрослушиваемый записан на обороте чека, что ты сунул в карман. Только думай быстрее: по прошествии пары дней цена тому замечательному досье станет - как выданному прокуратурой ордеру на арест Хаттаба...

- Я ведь не сказал: "Да", - раздраженно бросает седеющий.

- Мне достаточно, что ты не сказал: "Нет", - вскидывает ладонь Робингуд. - И помни: вообще-то говоря, "честный мент" - это ровно такой же народный архетип, что и "благородный бандит". А поскольку в "объективной реальности, данной нам в ощуплении", мы с тобой оба вроде как и не существуем вовсе - лучше бы нам держаться вместе, нет?