"Боже, сколько же тут их, лихорадочно думала Мария, прижимая к своей затянутой в кожаный корсет груди, амулет. На нее, урча надвигался рой зомби, подкрепленный конницей вурдулаков. Что же делать, что же делать, лихорадочно думала отважная воительница. Поняв, что еще минута и воинство воинственной нежити растерзает ее на части, она резко выкинула вперед руку. Зомби поджав хвосты отступили". Я с отвращением оторвалась от монитора. Как тебе, сэр Сосискин, повествованице а, моя негодующая персона обратилась к похрапывавшей на кровати таксе. Какой оригинальный ход конница вурдулаков и рой зомби, какое нестандартное решение — воинствующее воинство. С каких это пор зомби мало того стали хвостатыми, да еще стали роиться-то, а вурдулаки стали лихими кавалеристами? Нет, что это за зомби, которые пугаются от брошенных в них чьих-то рук? Ну и как мне прикажете этот бред редактировать и приводить его в удобоваримый вид? Отягощенный филологическим образованием мозг, продолжал патетически восклицать в пустоту, а Сэр Сосискин не открывая глаз, лениво тявкнул. На самом деле этого не в меру упитанного такса зовут Шерри-Матадор, но благодаря неуемной страсти к поеданию всяческих колбасных изделий его имя помнили только мои родители. Когда мы с ними покупали щенка в жутко элитном питомнике, заводчик три часа вдохновенно вещала нам о его славных предках-охотниках, родне — чемпионах всех выставок в его ужасающе длинном роду, попутно расписывая прелести хождения на норы со своим питомцем. Подавленные сведениями о депрессиях, настигающих собаку, лишенную возможности потаскать лису за хвост, мы клятвенно пообещали воспитать из Шерри-Матадора достойного охотника. Но, как говорится, на детях гениев природа отдыхает. Наш пес отказался совершено не приспособленным к военно-спортивной забаве "Вытащи лису из норы".