Укрывшись в густом кустарнике, разбойник Борланд внимательно наблюдал за яростной схваткой двух магов. Колючие ветви царапали кожу даже сквозь грубую ткань плаща, но за шесть лет бродяжьей жизни в лесу парень привык мириться с подобными неудобствами. Пошевелившись, он мог выдать себя, а именно этого Борланду и не хотелось. Он собирался во что бы то ни стало дождаться окончания поединка, оставшись незамеченным. В случае успеха это сулило ему немалую выгоду.

Маги, судя по мощи применяемых заклятий, бились насмерть. Один из сражавшихся был намного старше, а, следовательно, и опытней своего противника. Однако возраст пожилого кудесника мог все же сыграть с ним злую шутку. Ибо магическая битва редко ограничивается одними лишь магическими средствами.

Все, конечно, зависит от силы противников. Архимаги, к примеру, способны атаковать соперника тремя-четырьмя опасными заклятиями подряд, а то и одновременно. Тем, кто послабее, приходится в промежутках между выпадами восполнять запасы энергии, подпитываясь от силовых линий или от окружающей среды. Редкий волшебник в такую минуту не пытается устранить угрозу обычным способом, сиречь ударом ножа, меча или топора. Конечная цель любого боя — победа, а рухнет твой враг иссеченным холодной сталью или сгорит сраженный огненным шаром — суть не так уж важно. Разве что самые упертые, целиком помешанные на магическом искусстве, не прибегают к помощи обычного оружия. Те, за кем подсматривал сейчас Борланд, к таковым явно не относились.

Оба волшебника были вооружены короткими мечами и все чаще пускали их в ход, поскольку сражение продолжалось уже несколько часов и маги были порядком измотаны. Изредка в воздухе между дерущимися вспыхивали огненные шары и электрические разряды, тут же нейтрализуемые защитными заклинаниями. Трава на поляне, где бились волшебники, была почти выжжена. За спиной седобородого возвышался большой серый камень, у подножия которого валялись останки глиняного голема — его пожилой маг вызвал себе на помощь в самом начале схватки.