— Я думаю, мне надо опасаться знатоков фольклора.

— Я ваш друг. Я докажу это при любых обстоятельствах. Говорите со мной откровенно. Вы готовы говорить откровенно?

— Мои откровения не доставят вам удовольствия.

— Не надо решать за меня. В молодости я буквально бредила Дигеей.

Издалека донеслось сдвоенное «бзуг-бзуг». Кир-Кор посмотрел в сторону Башни погоды. Над океаном распространился звук мощного выхлопа. Вершину кучевого облака пронзил и быстро стал набирать высоту прямой, как луч прожектора, столб разреженного пара.

— Вихревой удар дингеров, — сказала Марсана. Упала коленями в песчаный сугроб и, скрестив ноги, села в позе приверженцев гимнастики йогов. — Сядьте рядом. Вы невозможно высокий. На Дигее все такие высокие?

Кир-Кор молча сел на песок.

— Вы еще не забыли наш уговор беседовать откровенно? — спросила Марсана.

— Я уже заслужил ваш упрек?

— Нет, но ваша задача, эвандр, заслужить мою похвалу.

— Не надо щекотать мое воображение.

Она улыбнулась.

— Скажите, Кирилл, вы знакомы с кем-нибудь из грагалов?

— Тема грагалов — самая актуальная на Земле?

— Самая актуальная — тема Дигеи. Грагалы — частность. Но все равно любопытно.

— Да, среди моих знакомых есть и грагалы.

— Вот видите! А среди моих — ни одного…

— Небольшая для тебя потеря, — ввернул подошедший Матис. — Грагалы, как правило, неразговорчивы.

Марсана хлестнула себя по голым коленям, вскочила:

— Матис, прости, виновата! Моя очередь сервировать стол.

— Там все готово. Твоя забота — собрать всех за этим столом.

Приставив ладони к лицу, Марсана извлекла из недр грудной клетки резанувший нервы первобытный крик.