Силенки свои к тому времени я еще не восстановил, а "подпитываться" не очень-то охота, поэтому украдкой снимаю со лба жетон и прячу его в кулаке, хотя не по себе мне при этом - чувствую, что даже сквозь слой загара морда моя краснеет. Ведь получается, что отлыниваю я от работы, а кому хочется выглядеть в глазах окружающих тунеядцем?..
А у моего соседа по скамейке, видно, окончательно язык отнялся. Уставился он на девиц - и то бледнеет, то в краску его бросает, что-то сказать силится и не может. Нет, все-таки имп он, не иначе, решил я в тот момент. Просто, наверное, недавно его эта печальная участь постигла, вот он никак к этому и не привыкнет...
"Телки" окатили нас мимоходом взглядами, полными неописуемого презрения, и прошествовали дальше.
Тут у моего нового знакомого дар речи, наконец, прорезался.
- Вот это да! - говорит он. - И что - у вас здесь все так ходят?
Непонятен мне его вопрос.
- Да уж не летают, - с усмешкой отвечаю я. - А в ваших краях люди другие, что ли? С двумя головами, с шестью руками?
- Нет, почему же, - говорит он. - Люди-то такие же, только вот одеваются не так, ясно?
Нет, ничего мне не ясно. Роюсь в памяти, чтобы вспомнить такое место на планете, где у нас могли бы одеваться как-то по-другому, и не нахожу подходящего варианта. Потому что любому школьнику известно, что во всех странах без исключения всё давным-давно одинаково, начиная от климата и кончая нарядами.
Тут-то я и беру этого Олега, как говорится, за одно место.