Заключительные слова записки и общий тон ее тронули Ирину: она чувствовала заботу не только о заводе, о строительстве, но и лично о себе. Ирина была благодарна Березину за внимание, доброту к ней и - неловко было сознаться даже самой себе - за непоколебимую верность ей. Ирина доверчиво подняла глаза на Акимова, тот выжидающе смотрел на нее. Из короткого разговора Ирина узнала о его прошлой работе. Больше всего ее обрадовало упоминание Акимова о его особенном интересе к автоматизации литья: автоматика его всегда привлекала, он с успехом работал в этой области. Это было как раз то, в чем больше всею нуждались литейные цехи завода. - Большой ли персонал на заводе? - поинтересовался, в свою очередь, Акимов. - Не очень, - ответила Ирина. - В цехах занято двести двенадцать человек, работников снабжения и складских - около пятидесяти, в конструкторском бюро - двести шестьдесят семь человек, в лабораториях - восемьдесят семь да в управлении и конторе - тридцать пять человек. Всего около шестисот пятидесяти человек. Как видите, немного. - Большая механизация? Автоматика? - живо спросил Акимов. - Насколько примерно у вас механизированы и автоматизированы производственные процессы? - Вы спрашиваете только о производственных процессах в цехах? - Лучше, конечно, цифры по всему заводу, если это вас не затруднит. - Пожалуйста! - с некоторой гордостью усмехнулась Ирина. Она порылась в кармане и вынула горсть конфет. - Вот, - протянула она их с улыбкой Акимову, - пожалуйста. Это мои любимые... - Это что? Задаток? - в свою очередь, улыбнулся Акимов, беря одну конфету. - Связываем меня по рукам и ногам? Ведь я тоже грешен насчет сластей. - Да что вы? - обрадованно рассмеялась Ирина. - Вот приятно слышать! А то все смеются надо мною: сластена, сластена... Ну-с, так вот. Наша контора механизирована, я бы сказала, процентов на семьдесят пять. В конструкторском же бюро все вычисления, расчеты, которые занимают так много рабочего времени конструкторов, производятся исключительно счетно-аналитическими машинами.