Я кивнула. Конечно же, я помнила этот дом. Прошлый раз мы поставляли Галеа кое-что из мебели в этот роскошный особняк, возведенный на частном острове в Карибском море. Проект дома был удостоен награды одного очень престижного архитектурного журнала. Галеа тогда снизошел настолько, что выписал фирме «Гринхальг и Макклинток» солидный кредит для приобретения обстановки.

Благодаря репутации мистера Галеа мы, так сказать, перешли в совершенно иную лигу антикварного бизнеса и обрели немало элитных заказчиков. Суть в том, что мне не нужно напоминать по нескольку раз о благодеяниях, я их не забываю. Но намек Галеа на то, что я обязана ему, пусть это истинная правда, раздражал меня донельзя, поскольку шестое чувство подсказывало, что час расплаты близок.

— А что у вас здесь? Очень мило. Работа индонезийских краснодеревщиков, полагаю, — сказал он, замедлив шаг перед баснословно дорогим шкафом, сработанным из тикового дерева. Покусывая в раздумье дужку солнцезащитных очков, он предположил: — Думаю, что он прекрасно подойдет, не правда ли? А что ты думаешь об этом, Лара? — спросил он меня, легко переместившись к первоклассному столовому гарнитуру. Ткнув пальцем в громоздкий тисовый обеденный стол и окинув взглядом восемь филенчатых стульев, Галеа вкрадчиво спросил, приблизившись ко мне настолько, что я почувствовала некоторое неудобство: — Что вы думаете?

— Я, конечно же… думаю, что гарнитур великолепен, — ответила я, чуть подавшись в сторону. — Но должна заметить, что цена включает расходы по перевозке из Джакарты в Торонто, а вам придется оплатить транспортные расходы отсюда до Мальты. Если мне не изменяет память, Мальта совсем рядом с Италией — страной, чья мебельная промышленность считается одной из лучших в мире. Вам было бы выгоднее обзавестись всем необходимым там. — Я старалась выражать свои мысли четко и профессионально.