И на этом троне Джерри увидел рослого мужчину с красивым и царственным лицом, бесстрастным, как камень. Его густая черно-седая борода была заплетена в пять косичек, которые спускались к широкому золотому поясу, усыпанному множеством драгоценных камней. Торс и руки человека были обнажены, если не считать драгоценных золотых браслетов и инкрустированного самоцветами медальона на груди. Голову его плотно облегал шлем из сверкающего золота, а на лбу сиял голубовато-белым огнем единственный самоцвет.

Двое молодых белокожих людей в синем, один светловолосый, другой брюнет, стояли на верхнем диске, по обе стороны от трона. Ниже их, на оранжевом диске, стоял высокий широкоплечий мужчина с бронзово-смуглой кожей и в оранжевом одеянии с синей каймой. Рядом с ним была девушка, не такая смуглая, но в одеянии того же цвета. Хрупкая, стройная, она была очень хороша собой.

На нижнем диске стояли десятка два мужчин и женщин, белокожих, в оранжевых с черной каймой одеждах. А окружали подиум не меньше тысячи других людей. Большинство из них были одеты в черное. Однако все находившиеся в зале – кроме солдат, схвативших Джерри, и двоих, стоявших на среднем диске, – были белокожими.

Люди, окружавшие подиум, расступились и почтительно отсалютовали, когда вошла девушка в сопровождении солдат и пленника. Но она, никого не видя, стремительно взбежала вверх по ступенькам подиума и обвила руками шею монарха, заливаясь слезами. Царственный великан поднял ее легко, словно куклу, и усадил рядом с собой на широком троне. Они заговорили, и девушка то и дело посматривала на Джерри – нетрудно было догадаться, что речь идет о нем.

Прервав свой рассказ, девушка спустилась с трона, взяла у бронзовокожего стражника ружье Джерри и вскинула его на плечо, как это сделал Джерри, когда целился в черного зверя. Землянин с ужасом увидел, что палец девушки лег на курок.

– Стой! – крикнул он, рванувшись вперед, чтобы отобрать у нее ружье.