Хохотнул нервно, и вытащив «шип», зашагал по глубокому снегу к помирающему зверю. Остановился примерно в десяти шагах, глядя на дёргающееся лохматое тело, вскинул левую руку, и прицелившись, вогнал «срезень» первого круга прямо в холку. Зверь тут же замер, стал медленно вытягиваться.

Вот же, зараза. Всё настроение испортил, — ругнулся я про себя и осторожно двинулся дальше. Приблизившись почти вплотную, потыкал остриём в голову. Вроде сдох.

Но на всякий случай всё же решил обойти и посмотреть «с лица». Мало ли, вдруг притворился гад, чтобы перед смертью отомстить, оттяпав мне руку или ногу.

После этой скоротечной охоты, в которой предполагаемая жертва стала хищником, в лесу повисла какая-то напряжённая тишина. Я бы даже сказал — напрягающая. Только режущий по ушам скрип снега из-под ног…

Из-за этого скрипа я и застыл, не сделав и пяти шагов. Что-то не похоже на эхо.

Взгляд сам устремился влево, опережая движение шеи, потом я обернулся, уставившись на статую, снова повернул голову…

Мать моя женщина! Это не статуя животного. Точнее статуя — но не животного. Эту каменную хрень ваяли с Другого.

Глава пятая

Их было двое — один повыше на полголовы и более крепкого сложения, второй, если так можно выразиться — худощавый. Белые накидки, похожие на сюрко, только доходящие почти до середины икр, скрывали большую часть их тел, но и того, что я увидел, хватало с лихвой. Руки и ноги этих существ были покрыты густой шерстью бурого цвета.

Впрочем, какие к чёрту руки и ноги? Достаточно взглянуть на головы.

Массивные, с заметно вытянутой вперёд лицевой частью, широкими чёрными ноздрями на конце и небольшими глазами в обрамлении коротких бурых волос.