Эти ураганы поднимут людей в воздух, и они будут кипеть там в раскаленном пару. Течение воздуха отделит мясо от кости, а останки развеет во все стороны света - смерть более ужасная, чей пламя ада. Мы уже не увидим восход Солнца. Жаль, это было бы примечательное зрелище.

Густые облака закрывали звезды и быстро уносились дальше. Юпитер матово сверкал, а затем и совсем исчез.

- Разве уже началось? Разве на горизонте сверкнули молнии?

- Утренняя заря, - пробормотал я.

- Что?

- Мы увидим такую утреннюю зарю, которую никому еще не довелось видеть.

Лесли вдруг громко рассмеялась.

- Вся наша болтовня здесь, на углу улицы, кажется мне нереальной. Стэн, может, все это сон?

- Да, пожалуй.

- Нет, большинство из людей, вероятно, уже погибли.

- Конечно.

- Значит, негде найти спасения?

- Проклятье, ты ведь знаешь, что это так. Ты же сама все поняла. К чему этот вопрос?

- Ты не должен был будить меня! - возмущенно вскрикнула она. - Ты не мог оставить меня в покое, тебе обязательно надо было нарушить мой сон!

Я молчал. Ведь она была права.

- Мороженое с горячими фруктами, - бормотала она сквозь слезы. - Но, возможно, это была неплохая мысль прервать мою диету.

Я начал хихикать.

- Сейчас же прекрати!

- Мы могли бы пойти к тебе или ко мне и лечь спать.

- Мы ведь не смогли бы заснуть, разве не так?

- Нет, не перебивай меня! Мы примем снотворное, через пять часов проснемся от ужасной боли. Нет, уж я лучше не буду спать и перенесу сознательно то, что со мной произойдет.

А если мы примем все таблетки... но эту мысль я не высказал. Вместо этого я предложил ей:

- А что ты скажешь, если мы устроим пикник?

- Где?

- Ну хотя бы на берегу моря. Но это мы можем решить и позже.

Почти все магазины были закрыты.