Он прикрыл глаза... Предчувствие. Снова пульсирует где-то далеко это тревожное смятение...

– Серега... – сказал Рысцов, беря за плечи все еще хихикающего пацана. – Послушай меня.

Сын знал, что, когда папа называет его «Серега» – значит, разговор серьезный и слушать нужно внимательно... Он перестал смеяться.

– Ты можешь мне пообещать одну штуку? Я не хочу тебя заставлять...

Раздались шаги, дверь открылась, и Светка строго сказала:

– Ребенку пора спать... Одиннадцатый час уже.

– Дай нам еще минутку, хорошо? – учтиво сказал Рысцов и холодно посмотрел на нее. – У нас серьезный разговор.

Она раздраженно кашлянула и закрыла дверь.

Господи, как он ненавидел, когда женщины находились в подобном состоянии! Когда сама на взводе и своими негативными флюидами начинает нервировать окружающих... Но теперь это уже вовсе не важно.

– Ку-ку, – спокойно произнес Валера, и Сережка перевел взгляд с захлопнувшейся двери снова на отца. – Так вот. Сумеешь пообещать мне одну штуку?

– Я... – Пацан пожал плечами. – А какую?

– Сначала пообещай, что сделаешь так, как я попрошу.

– Но вдруг ты попросишь что-нибудь очень трудное? Вдруг я не сумею?

– Ты веришь мне?

– Да.

– Сто на сто?

– Сто на сто.

– Тогда пообещай.

– Обещаю, – прошептал Сережка после секундной запинки.

Одернув безвозвратно измятые штанины дорогих брюк, Рысцов встал. Открыл было рот, но с кухни донесся пробравший до мозжечка голос Светки:

– Ну сколько можно? Завтра в школу не встанет ведь...

Рысцов сглотнул, выдохнул и спокойным тоном сказал:

– Серег, посмотри сегодня ночью обычные сны. Не включай С-визор.

– Ну, па-ап! Я уже по программе видел классный фильм...

– Ты обещал.

Мальчишка громко засопел и, вырвавшись из рук отца, отвернулся. Злобно пнул пустой пакет из-под чипсов.

– Не подведи меня, хорошо? – шепнул Рысцов, открывая дверь.