Сутто раздраженно расхаживал по прогулочной полосе. Кустарник успокаивающе скрипел; тонко, с переливами посвистывали гусеницы, свисающие с кустов чуть ли не до поверхности полосы; панцирные перекатыши шевелились под ногами, время от времени выстреливая струйки вкусно пахнущего никашинного дыма; в воздухе лениво колыхались иллюзионы. Но все это не могло быстро успокоить Сутто.

Он был ужасно недоволен собой. Причиной тому — разговор с Око-лонгом. И надо же! Сутто давно привык к тому, что многосторонний во время ежедневных утренних пуск-докладов ведет себя стереотипно. Даже в прошлом году, когда Ррайж Бикута-третий из Отдела неукоснительного Имущества за какие-то три часа раздал некоторым девицам Соединения последние впечатлители, — и то Око-лонг потребовал просто возместить убытки. Больше его, казалось, ничего не интересовало. Хотя все Соединение было до предела возмущено случившимся.

Сегодня Око-лонг вел себя не так, как обычно. Во-первых, он постоянно поторапливал Сутто. Во-вторых, пытался докопаться до мелочей. Почему? В-третьих, зачем-то заблокировал селектор связи, когда должен был состояться разговор с Сезуллой. Как правило, многосторонний этого не делал. Зачем ему понадобилось переносить пуск-доклад на самое утро? Неужели Око-лонг уже знал о происшествии с Летящим? И как это он, Сутто, сразу не догадался?

Кстати о главном. Возможно, многосторонний проверял Сутто. И тут у Сутто зашевелились уши: он понял, что Око-лонгу что-то известно. То, чего не знает он, Сутто.