Гарлон Нейл даже не моргнул, когда к его лицу устремился кулак. Бывший охотник просто выбросил вперед левую руку, одновременно пригибаясь, перехватил запястье противника и вывернул на добрых двести градусов. Кость, должно быть, сломалась, но хруст утонул в сдавленном крике нападавшего, оборвавшемся, когда вторая рука Нейла встретилась с лицом неприятеля.

Противник — крепко сложенный мужчина, слишком любивший пожевать листья лхо и страдавший проблемами слюноотделения, — повалился на задрожавшую под его весом палубу. Нейл надежно удерживал его запястье, одновременно наступив одной ногой на подмышку. Охотник явно был готов использовать ту возможность, которую предоставляла ему эта позиция. Я понимал, что в его голове крутится одна только мысль: «Пленных не брать». Сказать по правде, это вряд ли могло помочь в предстоявшем нам деле.

Едва заметное усилие и поворот. На залитом кровью лице поверженного бандита раззявился рот.

— Ну, что скажете? — поинтересовался Нейл, вновь выкручивая руку несчастного. — Как думаете, смогу я заставить его пропеть верхнее «до»?

— А мне не плевать? — с деланым безразличием отозвался Живчик Морпал. — Можешь бедняге Манксу вырвать руку и постучать ею ему по башке. Он все равно ничего не сможет рассказать. Это же просто лхошник. Он ни черта не знает.

Нейл усмехнулся и снова заставил своего пленника завопить.

— Не сомневаюсь. Я это уже успел понять по его искрометному юмору. Но один из вас точно знает, что нам нужно. Кто-то даст мне ответ на вопрос. Рано или поздно вопли Манкса убедят тебя, что лучше бы рассказать нам все подобру-поздорову.

Лицо Живчика сейчас походило на раздавленный орех. Он откинулся на спинку обтянутого атласом просторного кресла и принялся крутить в костлявых пальцах золотую зубочистку, продумывая ответ. Все перебираемые им варианты я просматривал в его сознании столь же непринужденно, как читал бы этикетки на кухонных контейнерах.