Пэйшэнс не могла позволить себе признаться, что все дело в Айде, который отделился от стены и неспешно направился к ним.

— Я нарушила правила и оскорбила наставника Абелярда. Я дрожу потому, что ожидаю наказания за свой проступок.

— Пэйшэнс, — произнес префект, — ты уже понесла полагающееся наказание. Тебя же заключили в темницу. — Он оглянулся на стоявшего за его спиной одутловатого ригориста. — Она ведь провела там весь вечер, верно, Книл?

— Точно так, префект, — ответил тот, качнув головой.

— Вот и славно. Нечего трястись.

— Тогда зачем вы меня позвали? — спросила Пэйшэнс.

— У меня отличные новости, — сказал Сайрус, — и я хотел бы ими поделиться с тобой как можно скорее. Случилось нечто замечательное, просто превосходное. И я уверен, это известие порадует тебя столь же сильно, как и меня.

— И что случилось?

— Сегодня у твоих умниц-сестричек, Пэйшэнс, было особое поручение. Они обслуживали столы и так полюбились одному из наших гостей — торговому магнату, кстати, — что тот тут же решил заключить с ними трудовой договор.

— Мои сестры? — Девушка удивленно заморгала.

— Они наконец-то нашли себе покровителя, Пэйшэнс. Все бумаги уже подписаны и скреплены печатью. Для них начинается совсем новая жизнь.

— Нет, это же неправильно, — довольно резко произнесла Пэйшэнс. — Они же еще слишком маленькие. Они не достигли совершеннолетия. Я не допущу этого.

— Это уже свершившийся факт, — не выказывая ни малейших признаков раздражения, ответил префект.

— Отмените договор! — заявила Пэйшэнс. — Немедленно! Отмените! Вы были обязаны посоветоваться со мной! Я отвечаю за них!

— Детка, ты в тот момент находилась в темнице, куда угодила благодаря собственному же проступку. Так что решение пришлось принимать мне. К тому же твои сестры уже покинули приют, и я надеюсь, что ты помолишься за них этой ночью.