- Сахар клади, - сказал Сергей, садясь, - молока, извини, нет.

- Ничего, я без молока пью, - Кирилл подул, отхлебнул глоток, поставил чашку на стол, - Сергей Михайлович, что случилось с Чангулом Степным Волком, после чего он перестал ходить с караванами и поселился в Дентереке? И еще: почему Талан Трехглазый говорит, что родился в водах Тубы? Разве не все уарские маги пришли с севера?

Сергей аж чаем поперхнулся. Кирилл говорил о героях его недавно вышедшего фэнтезийного романа о древнемонгольской цивилизации. Роман был в штыки встречен критикой и прохладно принят читателями, привыкшими к динамическому развитию сюжета и к светлому Чесноковскому стилю. 'Песчаные реки' же некоторые ретивые критики в запале называли принадлежащим вовсе не Чеснокову, а просто выпущенным под его именем с целью наживы на раскрученном авторе. Роман был тягуч, нетороплив, пронизан историческими эскурсами, и, вдобавок, наполнен довольно натуралистическими сценками, совершенно не предназначенными для подрастающего поколения. Впрочем, Сергей и не думал, что этот роман окажется интересен подростковой аудитории. И уж совершенно не ждал подобного вопроса сейчас.

- Могу я поинтересоваться, чем вызван этот вопрос?

Кирилл покачал головой:

- Это может повлиять на ваш ответ, а мне хотелось бы получить неискаженную версию.

Сергей вздохнул:

- В любом случае, я, наверное, не смогу ответить на твой вопрос. Ты, наверное, неправильно представляешь, как пишутся книги. Точнее, как я пишу книги. Возможно, иные..., - Сергей поморщился и поправился, - другие писатели продумывают свой мир до последней мелочи, но я это делаю не всегда. Если мне по сюжету нужно, чтобы герой не мотался по пескам, а поселился в городе, я так и пишу. А причины, по которым этот герой так сделал... да кто же его знает, столько лет прошло, - Сергей улыбнулся. Но Кирилл шутки не поддержал и продолжал серьезно смотреть ему в глаза. Сергей опять вздохнул: