— Дверь-то — вон она, — богатырь расчетливо вытянул указующую руку с закатанным рукавом.

Воин пискнул и схватился за рукоять меча.

— А ты еще вынь его, — задушевно посоветовал Илья, хрустнув слегка плечами.

Внезапно стало противно. Вот и впрямь доблесть для Первого Богатыря — путать дурного мальчишку, которому богатый отец сумел сброю справить.

— Ты это, садись, — Муромец виновато кивнул на сундук. — Только осторожно, книги сдвинь.

Дружинник сел, глядя на «смерда» круглыми мышиными глазами.

— Тебя как зовут-то? — ласково спросил богатырь.

— Сбб... Сыбб... Сбыслав, — выдавил парень.

— А кой тебе годок? — продолжал Илья.

— Двадцать три минуло... — чуть приободрился Сбыслав.

— А уже в старшей дружине, поди ж ты, — вздохнул Илья. — Что-то быстро сейчас у князя люди растут. И много там вас таких?

— Так ведь прежние мужи по домам пошли! — запальчиво крикнул, забыв про страх, молодой воин. — Словене в Новгород вернулись, а иные в Полоцк, а дружина — в Белгород! А богатыри — те вообще...

— Знаю про богатырей, — оборвал Илья. — Только раньше за такой уход Владимир головы бы снимал, а теперь?

— Так попробуй им сними, — понурился парень. — Там вои бывалые, нам с ними не равняться...

— А кто Рубеж сейчас держит?

— А мы и держим, — пожал плечами дружинник — Только получается не очень. А если это правда, про нового царя, то...

— Это-то правда, — Илья задумчиво посмотрел в потолок. — Эх ты, и варягов в Киеве нет?

— Нет, уж год, как в Царьград ушли.

— Ты вот что, — Муромец похлопал Сбыслава. — Впредь, к людям войдя, поклон сперва клади по-ученому, да речь веди по писаному, да «смердами» не бросайся. Лучше пахарю вежливое слово сказать, чем за похабный язык головы лишиться. Это ты еще Микулу Селяниновича не видел — тот вообще на вид, как только что от сохи. А князю передай — пусть сам приходит. Много мне с ним о чем поговорить есть.