Дэйв Дункан

Император и шут

Твой чистый голос, что звучал равно Для императора и бедняка. Быть может, та же песня в старину Мирить умела Руфь с ее тоской, Привязывая к чуждому жнивью; Будила тишину Волшебных окон, над скалой морской В забытом, очарованном краю. Китс. Ода соловью (Пер. Г. Кружкова)

Часть первая

О тщетности борьбы

1

Из множества городов Пандемии лишь Хаб не нуждался в прошлом. Он сам по себе являлся легендой и творил Историю.

Хаб – Вечный Город, столица Империи, Мать Избранных, Обитель Богов. Он, словно гигантский краб, распластал по берегам Сенмера мрамор своих зданий.

Единственный среди великого множества городков и селений, Хаб никогда не знал ужасов войны. Благодаря колдовской мощи Четверки, а также мечам легионеров город благополучно избегал опустошений, а его жители – грабежа и насилия. Так продолжалось из века в век. Полмира несло дань в Хаб; его улицы вобрали в себя тысячи трофеев, добытых бравыми воинами в летних кампаниях. Бесценные произведения искусства, возведенные на костях миллионов рабов, медленно гибли под ударами дождя и ветра в садах и крошились от неумолимого времени в залах дворцов, освобождая места для новых шедевров.

Хаб сплавил в единый монолит как все лучшие, так и все худшие порождения рода людского. Фасад Хаба – улицы: широкие, просторные, светлые, такие, что и центурии маршировали свободно. Задворки – аллейки: мрачные, извивающиеся, словно щели древесной коры, где запросто может бесследно исчезнуть добрых поллегиона.

Хаб, пышный и нищий, вобрал в себя всю красоту мира и источал порок во всем его многообразии. Несчетны были как его богатства, так и их потребители – горожане. Чтобы прокормить ненасытные рты, в Хаб из года в год ввозилось разнообразное продовольствие, но беднота, кишевшая в трущобах, все же голодала. Хаб экспортировал немногое – в основном войну и законы.



1 из 541