Только подчищу им воспоминания.

Мы плыли в, так называемый Новый свет на тучном, неповоротливом галеоне Его католического величества. С острова я уплыла в Испанию и прожила там, в семье спасшего меня купца два года. Добрые люди удочерили меня, а я сдружилась с дочерью моих приемных родителей. Я быстро освоила все знания, присущие этому миру в теперешнем его виде. Мне нравилась эта жизнь.

Из таких раздумий меня вырвала суета, царившая на корабле.

— Что случилось, капитан? — спросила я тучного мужчину в морской форме.

Он безуспешно пытался влезть в кирасу. М-да. Пора бы ему худеть.

— Пираты, сеньорита. Вам лучше спрятаться.

Ага. Сейчас. Бегу и спотыкаюсь. Я хочу посмотреть на этих головорезов, а, может, и спасти ваши трусливые шкуры, морячки.

Нас быстро нагоняли, и шанса на бегство уже не было.

"Пиратским парусникам с высокими мачтами было достаточно самого легкого ветерка. Как у лучших кораблей того времени, у них был узкий киль, высокий нос, крутая корма, прекрасное вооружение.

Двенадцать пушек_каронад торчали из бойниц, угрожая с правого и левого бортов, два длинных крупнокалиберных орудия на верхнем полубаке готовы были смести картечью любого, кто оказался бы на палубе вражеского судна". 2

Послышался выстрел, и ядро плюхнулось в воду перед носом нашего корабля. Похоже, нам приказывают лечь в дрейф. Не думаю, что мы будем сопротивляться. Не по силам нам это.

Пираты знали свое дело превосходно. Они быстро перебрались на наш корабль в своих маленьких шлюпках. Их было много, у меня даже мелькнула мысль, что здесь собрались все, кто вообще был на пиратском судне. Может, стоило уплывать, пока они были заняты. Но я тут же отбросила подобную глупость. Если бы разбойники были дураками, они бы давно вымерли.

Но вот толпа буканьеров раздалась, и в ее просвете появился мужчина. Он совсем не походил на остальных.