Своего ребенка! Шесть лет счастья и все. Хотелось умереть или снова оживить того ублюдка, что сотворил такое и пытать его года, столетия. Он появился незаметно для меня. Черноволосый красавец с голубыми, словно летнее небо, глазами, в щегольском костюме и милой улыбкой на устах. Мразь, которая убила моего сына. Даури — вечный противник атлантов. Им подчиняется вода, нам огонь, но разве это причина? Нет, конечно, нет. Дело было в другом. Мой мальчик был сильным магом, а даури выпил его силу. Выпил для того, чтобы убить меня. Наша вражда длилась столько, сколько помнит совершенная память атлантов. Но войн давно не было. Две древние расы понимали, чем все это может закончиться, и установили мир. Мы не клялись друг другу в вечной верности, но все же перестали нападать только потому, что кто-то не такой как мы. Эта позиция престала людям, но видно мы ошибались.

Я убила его, не задумываясь, и даже сила моего сына не помогла даури. От этого во мне взыграло какое-то мрачное мерзкое удовольствие. Ты просчитался водник, на простую Атлантиду у тебя бы хватило сил, а вот на принцессу крови — нет. Откуда тебе было знать, кто я, если даже мой муж не знает об этом. Муж. Боль скрутила еще сильнее. Как я скажу ему? Что я скажу?

Я оглянулась на тихий стон и почувствовала волну боли. Уже не своей.

Для того, чтобы пережить это нам понадобится много-много времени.

***

Я поступила подло, жестоко, но надеюсь, он простит меня. Конечно, приятно, что моя измена так задевает его. Да что я говорю? Задевает. Я почти убила его этим. И знала, что так будет. Надеялась, Кел не узнает, чем обязан своему спасению. Но дроу оказался той еще тварью. Он установил кристалл передачи изображения в камеру к моему эльфу. Только теперь, моему ли? Келлиндил видел все и даже больше. Сейчас он прожигал меня взглядом, в котором смешалась ярость и непонимание. Зачем же я так поступила?

— Прости меня. Я пыталась помочь, — шептала, надеясь, что меня услышат.