- У меня все в порядке, парни, - начал я. - Заберите-ка побыстрее вон того человека. И только теперь я понял, что он идет рядом, возбужденно переговариваясь с человеком в белом, и что меня взяли за руки не для того, чтобы помочь, а для того, чтобы задержать. Я уперся ногами и попытался вырваться. И вдруг мне пришло на ум, что цвет формы стокгольмских полицейских отнюдь не белый. Но теперь все это уже не имело значения. Один из моих похитителей поднял что-то вроде баллончика с аэрозолью и направил струю мне в лицо. Что-то брызнуло мне в глаза, и я почувствовал, как ноги подо мной подкосились.

2

Что меня раздражало, так это скрип. Я несколько раз безуспешно пытался уснуть, прежде чем мое сознание отступило перед реальностью. Я лежал на спине с закрытыми глазами, не представляя себе, где нахожусь, и вспоминал страшный сон, в котором меня преследовали, затем я стал осознавать боль в плече и голове. Я открыл глаза и увидел, что лежу на койке у стены небольшой комнаты. Скрип шел от письменного стола, за которым что-то писал подвижный человек в белой форме. Откуда-то слышалось слабое гудение, создававшее ощущение движения. Я привстал. Тотчас же человек за столом поднялся и подошел ко мне. Он подтащил к койке стул и уселся. - Пожалуйста, не тревожьтесь, сказал он с характерным акцентом. - Я шеф-капитан Винтер. От вас просто требуется помощь в передаче мне некоторых сведений. После чего вас переведут в комфортабельное помещение. Говорил он без интонаций, словно повторял эти слова в тысячный раз. Он взглянул мне в лицо. - Я должен извиниться перед вами за грубость моих подчиненных. Это не входило в мои намерения, поверьте. Однако, - тон его изменился, - вы должны извинить оперативника: он не был осведомлен. Шеф-капитан Винтер открыл записную книжку и откинулся на спинку стула с карандашом в руке. - Где вы родились, мистер Байард? Они, должно быть, рылись в моих карманах, если уже знают мое имя. - Кто вы такой, черт вас побери? зло выпалил я.