Удаленность Гаммы Лебедя от столицы Человеческой Империи тянула на задержку в восемь секунд, то есть в разговоре Юлия с мятежным адмиралом Клейтоном будут возникать постоянные паузы для обдумывания следующей фразы. Юлий не знал, хорошо это или плохо. То, что лишнее время будет у него, это хорошо. А то, что оно будет и у Клейтона, – не очень.

В центре связи, расположенном в подвале Букингемского дворца, было полно народа, и Юлий, не терпящий толпы, выгнал всех, кроме двух техников, без которых сеанс связи просто бы не состоялся. Еще он оставил майора Коллоджерро.

– Десять минут до связи, сир, – доложил один из техников.

Юлий кивнул ему, уселся в кресло и жестом подозвал Винсента.

– Вы с генералом Торстеном уже подготовили прогноз развития ситуации?

– Да, сир.

– Изложите в двух словах, пожалуйста.

– Прогнозировать такие вещи достаточно проблематично, сир. Если в двух словах, то решить проблему возврата флота в состав ВКС в отсутствие Клейтона будет очень сложно. При наличии Клейтона – просто нереально.

– Почему-то я так и думал.

– Есть еще один момент, сир. Ваш брат.

– Что с моим братом?

– После вашей коронации его положение во флоте Клейтона может сильно осложниться.

– Клейтон полностью ему доверяет.

– Простите, сир, но полностью Клейтон не доверяет никому.

– Ну и черт с ними обоими, – сказал Юлий. – Мой брат – предатель и мятежник. Разве его судьба должна волновать имперскую безопасность?

– Нет, сир, но я подумал, что она может волновать вас лично.

– В любом случае, я ничего не могу сделать для моего брата.

Гай Морган служил адъютантом при мятежном адмирале. После захвата Гаммы Лебедя он получил новую должность и остался в круге максимально приближенных к Клейтону лиц.