Через два, а может, и три часа вынужденного привала на горизонте появился одинокий путник. Маленькая фигурка в широкополой шляпе и накидке двигалась по дороге, которой вышел к развилке сам гном. Чем ближе подходил путник, тем крепче становилась Уверенность гнома, что первой фразой при встрече будет упрек, в определенном смысле даже заслуженный. К несчастью, а может, и наоборот, предчувствия редко обманывали бывшего хауптмейстера.

– Ну, вот и снова свиделись, господин гном, – произнес запыхавшийся Нивел, присаживаясь рядом на столб. – Не удалось вам меня бросить.

– За языком последи, – пробурчал после недолгого молчания гном. – Я никого никогда не бросаю, а тебе… тебе я ничем не обязан. Не захотелось вместе идти, вот и не пошел, понял?!

– Понял, – кивнул головой юноша, протягивая гному протертую на рукавах куртку. – Ну, теперь-то господин гном соизволил изменить решение?

– Куда идти знаешь? – ответил вопросом на вопрос Пархавиэль и накинул на богатырские плечи возвращенный подарок.

– Нам туда. – Юноша показал рукой на среднюю из трех дорог.

– Тогда отпыхивайся, и пошли! – скомандовал Пархавиэль, все-таки мучаясь угрызениями совести и поэтому стараясь не смотреть в глаза спутнику. – Но учти, если в дороге с хворобой своей сляжешь, до первой деревенской избы дотащу и там оставлю. Пойми, некогда, ну некогда мне с тобой нянчиться!

– Не беспокойтесь, господин гном, – задумчиво произнес Нивел, поднимая глаза к затянутой грозовыми облаками небесной выси, – теперь и мне хворать недосуг. Слишком дорогое удовольствие в наши времена болеть, а я человек бедный, роскошь позволить себе не могу…

История 2

Работенка, проще не бывает

Что может заставить голодающего оторваться от краюхи хлеба, замерзающего расстаться с теплым одеялом, а жаждущего не вылизывать влажное днище миски, в которой еще недавно была вода? Пожалуй, нет такой силы, нет такого средства.