– Вы лучший пилот из всех, кого я видел, – сказал Мейер.

Клозе счел комплимент средненьким, учитывая, как мало настоящих пилотов Мейер мог видеть.

– Я уже говорил, что восхищен вашим умением?

– Да, – сказал Клозе. – Это уже все или вы хотите сообщить мне хоть что-нибудь, чего я не знаю?

– Да, сэр. В смысле – хочу.

– Выкладывайте, – сказал Клозе.

– Я был лучшим на своем курсе, сэр.

– Этого я действительно не знал, – согласился Клозе. – Но с чего вы взяли, что мне это интересно?

– Это далеко не все, сэр, – сказал Мейер. – После окончания курса подготовки меня вызвали на беседу. Она была очень неприятной, сэр.

– УИБ? – поинтересовался Клозе.

– Служба духовного воспитания, сэр, – сказал Мейер.

Клозе вздохнул. Он никак не мог привыкнуть, что эту недавно образованную контору люди теперь боятся больше, чем Управление имперской безопасности. Еще одно свидетельство того, что времена меняются.

– И чем вы заинтересовали этих ребят?

– Видите ли, сэр, когда я поступал на курсы, я указал, что являюсь атеистом, – сказал Мейер.

– Очень неблагоразумно с вашей стороны, должно быть, – сказал Клозе.

– Я уже это понял, сэр. Кардинал, с которым я беседовал, твердо дал мне понять, что я не смогу сделать карьеру в ВКС, если срочно не пересмотрю свои религиозные убеждения.

Странно, подумал Клозе. С чего это целый кардинал опустился до беседы с каким-то новоиспеченным пилотом? Неужели у них там нет нижних чинов? Клозе не слишком хорошо разбирался в иерархии клира, но кардиналы всегда казались ему чем-то вроде полковников. Если не генералов.

– По сути, он сказал, что удивлен, как меня вообще допустили к курсам. И еще он сказал, что исправит эту оплошность и меня не допустят к настоящим полетам.