– Я не стоял на самой вершине, – напомнил Клозе. – Главнокомандующий у нас, между прочим, император.

– Но я слышал о нагоняе, который ты устроил генштабу вообще и адмиралу Крузу в частности.

– О котором именно? – невинно поинтересовался Клозе.

– После Великого Китая.

– А, так ты о том нагоняе. Не хочу тебя разочаровывать, но это был совсем не нагоняй. Обычная взбучка, и они ее заслужили.

– Не спорю.

– Хорошо, что Круза до сих пор не отстранили от командования, – сказал Клозе. – Толковый мужик.

– Судя по тому, что происходит на фронтах, этого не скажешь.

– Думаю, у него просто связаны руки. Наверняка при штабе висит теперь пара епископов. Но без Круза все было бы еще хуже.

– Мы сдали три звездные системы! Три!

– Мне кажется, что мы опять говорим о политике и войне, – вздохнул Клозе. – И тем и другим я сыт по горло.

На данный момент Клозе участвовал в войне с таргами дольше любого другого военного.

Он был одним из двух пилотов, которые во время разведывательного полета наткнулись на первую волну вторжения и дали таргам первый бой. Клозе принимал участие в битве на встречных курсах, которая уже стала легендарной. Хотя таковой она стала большей частью потому, что это была единственная крупная и убедительная победа имперских сил над силами вторжения.

Громкая победа, за которой последовала цепь куда более громких поражений.

Сноуболл. Сахара. Великий Китай.

Несколько миллиардов жизней.

И это было только начало.

Клозе вовсе не жаждал увидеть конец, потому что слишком хорошо его себе представлял. Правда, шансы на то, что его ухлопают гораздо раньше, были достаточно высоки. Если его не угробят тарги, то достанет очередной кардинальский выкормыш.

– Политика и война… И то и другое у тебя когда-то хорошо получалось, – заметил Клементс.