– Я тут с документами кувыркаюсь, – сказал Клементс. Пустые стаканы и Клозе находились вне поля зрения камеры.

– Вранье старшему по званию до сих пор трактуется в Уставе как преступление, – сообщил ему Рикельми.

– Так сошлите меня в какую-нибудь дыру, сэр. – Пожалуй, это была самая заезженная шутка на борту «Иоанна-Павла Четвертого»..

– Как только найду место похуже этого, – пообещал вице-адмирал. – Мой адъютант нигде не может найти нашего динозавра. Ты не знаешь, где он?

Клозе весьма выразительно посмотрел на Клементса и провел ребром ладони в районе горла.

– Не видел, сэр, – сказал Клементс. – А разве он уже вернулся из вылета?

– Часа три назад, – сказал Рикельми.

– Тогда логичнее всего было бы поискать у него в каюте, – посоветовал Клементс. – Небось дрыхнет без задних ног.

– Вряд ли. Комм в его каюте не отвечает, и посыльный полчаса стучал в его дверь.

– Тогда в офицерском клубе.

– Его там не видели с момента открытия, – сказал вице-адмирал. – Я думал, может, вы с ним опять пьянствуете на пару.

– Увы, сэр, – вздохнул Клементс. – Я трезв, как бутылка из-под безалкогольного пива. Что-нибудь срочное?

– Ну пару часов это потерпит, но мне хотелось бы с ним побеседовать.

– Я передам ему, если встречу.

Рикельми отключился.

– А вдруг что-то серьезное? – спросил Клементс.

– Я только что с боевого вылета, – сказал Клозе. – И послать меня в новый раньше, чем через двенадцать часов, никто не имеет права.

– Может, нас атакуют тарги?

– Тогда нам достаточно совершить небольшой гиперпрыжок, и расстояние, которое нас разделяет, увеличится в десять раз.

– А если они придут через Нуль-Т?

– Мы слишком мелкая сошка, чтобы отвлекать на нас корабли с Нуль-Т, – сказал Клозе. – В последнее время тарги ими не рискуют.

– После Марса.

– Да, после Марса. Они потеряли уже половину кораблей третьей волны.