— Некто Сидоров, обладатель редчайшей в стране фамилии и по совместительству начальник «трупного» отдела уголовного розыска? — поинтересовался Красавчик, когда Эрик положил телефонную трубку. — Неужели приключилось что-то настолько запутанное, что суперсыщики решили прибегнуть к услугам давно забытых сотрудников?
— Ты же слышал, — Эрик развел руками и повернулся на вращающемся кресле к окну. — Ничего конкретного по телефону он не говорит, однако взволнован глубоко и без преувеличения. На моей памяти Сидоров волновался только однажды. Когда его прострелили в трех местах, а доктор заявил, что одна из пуль попала в околосердечную сумку. Он тогда твердил как заклинание слово «тампонада», пока не отключился… В тот раз, как ты понимаешь, дело обошлось, и ему стало по-прежнему на все плевать. Как любому камню или бревну.
— Он, должно быть, весьма приятен в общении? — иронично спросил Красавчик.
— Да в общем-то нормальный мужик, даже шутит иногда. Бывает смешно, — Эрик улыбнулся. — Тем более что психолог — от природы. Знает кого и чем подцепить почти интуитивно. Вот сейчас будет мариновать меня до тех пор, пока я сам не позвоню и не соглашусь на все его условия.
— Не-ет, так не пойдет, — протянул Красавчик, — ты же серьезный специалист. Тебя он должен добиваться, как приза. Заслужить и выстрадать. А иначе — какая от тебя польза?