Жанна все еще курила. По лицу ее почему-то бежали слезы. Она обернулась на звук запираемой мною двери в "апартаменты" и сделала неуверенную попытку к сближению. Я отрицательно покачал головой. Потом запихал в парилку ничего не понимающего банщика, подпер дверь крепким с виду деревянным креслом и вышел на свежий воздух.

На зов брелока при автомобильных ключах отозвалась красная "девятка" референта. Я забрался на место водителя, завел двигатель и посигналил.

Серега не заставил долго ждать. "Увольняюсь", - кротко объяснил я ему, вручая казенный ПМ с заклиненным двумя ломаными спичками затвором. Затем газанул и с пробуксовкой рванул с места, оставив позади спокойную жизнь, а может, и жизнь вообще...

* * *

Водитель из меня никудышный. "Чайник". Гроза пешеходов. К счастью, их было немного на улицах в этот поздний час.

Автомобиль я остановил в квартале от институтского общежития.

Я ведь телохранителем только подрабатываю. Подрабатывал, то есть. Вообще-то я инженер-конструктор в престижном еще недавно и полудохлом нынче Горнозаводском НИИ тяжелой прокатки. Молодой специалист. Надежда отечественной металлургии.

Сначала моя научная карьера складывалась как будто неплохо.

В этом самом ГНИИТП, куда я устроился после института с громким званием "инженер-механик", встретили меня более чем радушно. С ходу приняли в подотдел зубчатых и обгонных муфт, положили умеренно приемлемый для недавнего студента оклад и обласкали неплохим местом в чистеньком и уютном общежитии. Однако сразу предупредили, что блюминги и слябинги сейчас мало кому нужны даже задарма, а поэтому, если я желаю достойной моего высокого образования жизни, придется, видимо, подрабатывать где-нибудь еще.