– Это ты! – зашипел он. – Ты убила его. Ты не хотела, чтобы он жил!

Доктор со спокойным видом продолжала вытирать руки (хотя мне казалось, что они были уже сухими и слегка дрожали).

– Я давала клятву спасать жизни, а не отбирать ее, главный палач, – возразила она. – Последнее я предоставляю другим.

– Что это за дрянь? – сказал главный палач. Он быстро присел, распахнул саквояж доктора, вытащил открытый пузырек, из которого она доставала мазь, и сунул ей в лицо. – Что это?

– Стимулятор, – сказала она и, сунув палец в пузырек, зачерпнула каплю светло-коричневого геля, засверкавшего в свете жаровни. – Хотите попробовать? – Она поднесла палец ко рту Нолиети.

Главный палач схватил ее ладонь обеими руками и направил палец к ее рту.

– Ты. Ты сама попробуй. Сделай то же, что ты сделала с ним.

Доктор высвободила руку и, спокойно сунув палец себе в рот, размазала коричневатый гель по верхним деснам.

– Вкус горьковато-сладкий, – сказала она тем тоном, каким обычно учит меня. – Действие длится от двух до трех колоколов и обычно не имеет никаких побочных эффектов, хотя, если организм серьезно ослаблен и находится в шоковом состоянии, возможны припадки и очень редко – смертельный исход. – Она облизнула палец. – От побочных эффектов особенно страдают дети, функции у них после осложнений не восстанавливаются, и потому это средство им никогда не прописывают. Мазь эта готовится из ягод одного двухлетнего кустарника, который растет на труднодоступном полуострове. Это в архипелаге на самом севере Дрезена. Средство очень ценное и обычно применяется в виде раствора, оказывая таким образом самое устойчивое и продолжительное действие. Я давала его королю, и он считает его одним из самых моих эффективных лекарств. Осталось его совсем немного, и не хотелось бы тратить его впустую на тех, кто так или иначе умрет, или на себя, но вы настаивали.