Кремнинг поморщился.

- Все это известно, и тем не менее... Тем не менее мы не можем быть уверены в том, что проникновение горячего и влажного океанского воздуха на север не вызовет каких-то нам еще неизвестных явлений. В данном случае возможно влияние такого огромного количества внешних и внутренних факторов, что... что мы еще не можем рисковать...

- Тогда зачем же нужна кольцовка?

- Но мы уже можем готовиться к риску, - твердо сказал Кремнинг. - Вот почему я очень прошу вас, Андрей Николаевич, не столько спорить, сколько слушать. Вы отдохнули, мозг очистился от всяких наносов. В нем, надеюсь, сейчас сидит только одна чистая идея. Присмотритесь к аргументации - ведь мы-то как раз находимся в очень тяжелом состоянии: наши мозги засорены спорами и сомнениями. Договорились?

- Н-ну... если так, - смутился Андрей.

В конце концов, Кремнинг прав.. И то, что Артур сам, без его просьбы, все-таки ведет это дело, характеризует его...

А, да шут с ним, как оно там характеризует! Кремнинг - настоящий ученый: волевой, сильный, и если он суховат, так у каждого свой характер. А дело-то, в конце концов, общее. Чего ж обижаться? Посидим послушаем. Может быть, что-нибудь и придумаем. Не сейчас, так после...

* * *

Кольцевое совещание по традевалу началось как обычно. Его участники представились друг другу, хотя особой нужды в этом не наблюдалось. Все или почти все знали, кто есть кто. Но таков обычай, и его следовало исполнить. Затем представитель информационного телевидения попросил вкратце охарактеризовать проблему. Кремнинг поморщился - потеря времени. О проблеме писали и говорили столько... Впрочем, людская память не запоминающее устройство. А отрывочные, полузабытые сведения - то же незнание.

- Ну что ж... Предоставим слово Андрею Николаевичу Сырцову.

Андрей не ожидал такого поворота событий.