Мы с Танталидом уже дважды «сшибались рогами». В мире Брейделла пятью десятилетиями ранее мы схлестнулись на мраморных полах синода, в суде добиваясь права на экстрадицию псионика Эльбона Парсавала. В тот раз Арнауту удалось одержать победу главным образом благодаря тому, что старейшины Министорума мира Брейделла строго следовали торианской доктрине.
Затем, всего лишь восемь лет тому назад, наши пути снова пересеклись уже на Кауме.
Фанатическая ненависть Танталида к псайкерам (а на деле, рискну предположить, страх перед ними) за прошедшее время стала непреодолимой. Я не делаю тайны из того факта, что сам пользуюсь псионическими трюками в своей работе. И среди моих помощников есть псионики, и сам я в прошлые годы старался развить собственные ментальные способности. Это мое право как полномочного представителя Инквизиции.
В моих глазах Арнаут был ограниченным фанатиком с ярко выраженным психозом. В его глазах я был ведьминым отродьем и еретиком.
На Кауме не состоялось судебных трений. Их заменила война. Она продолжалась в течение суток на многоярусных улицах городка-оазиса в Унат Акиме.
Во время проверки населения огромной столицы Каумы выявили двадцать восемь латентных псайкеров. Все они не достигли и четырнадцати лет. Их изолировали до прибытия Черных Кораблей Инквизиции. Все они являлись рекрутами, драгоценным ресурсом, чистыми и готовыми к тому, чтобы Адептус Астропатикус вырастили из них достойных служителей Бога-Императора. Некоторые из них даже могли заслужить великую честь присоединиться к хору Астрономикона. Дети были напуганы и смущены, но только на этом пути их ожидало спасение.