Скорее всего я предпочел бы отправиться к Мессине или к покою Гудрун, где мне принадлежало небольшое уютное поместье.
— Инквизиция собирает там серьезные силы. Будет даже сам лорд Роркен.
Я махнул рукой в сторону Эмоса:
— И тебя это привлекает?
— Нет.
— Разве у нас не осталось более важных дел? Прояснение кое-каких вопросов, с которыми куда проще разобраться в стороне от всей этой раздутой суматохи?
— Скорее всего, — ответил Убер.
— Тогда, думаю, ты знаешь мое мнение.
— Думаю, что да, Грегор, — сказал он, поднимаясь и вынимая что-то из складок своего зеленого одеяния. — И посему полностью готов выслушать твои проклятия после того, как я вручу тебе вот это.
Эмос протягивал маленький информационный планшет с зашифрованным сообщением, чье содержимое было получено и записано астропатами.
На нем была поставлена печать Инквизиции.
Глава третья
СТОЛИЧНЫЙ МИРОКЕАН-ХАУСНЕЗВАНЫЕ ГОСТИ, ПРОШЛЫЕ И НАСТОЯЩИЕТрациан Примарис, столичный мир и место размещения правительства, расположен в Геликанском субсекторе сектора Скарус, Сегментум Обскурус. Такое описание вы можете прочесть в любом из сотни тысяч путеводителей, справочников по географии и истории Империума, в учебниках для начинающих паломников, в промышленных и торговых каталогах, а также в звездных атласах. Звучит внушительно, авторитарно, мощно.
Но не дает ни малейшего представления об описываемом монстре.
Я знавал препоганейшие места и планеты смерти, казавшиеся из космоса безмятежными и прекрасными: акварель атмосферы, разноцветье лун и метеоритных поясов, опутывающих их подобно браслетам и ожерельям, и прочие природные чудеса, скрывающие за собой опасность.
Но Трациан Примарис не такой притворщик. Из космоса планета кажется слезящимся, больным катарактой глазом, сердито взирающим вокруг. Мир огромен, одутловат и завернут в серую вуаль повисшей в атмосфере сажи, сквозь которую пробивается свет миллиардов и миллиардов огней городов-ульев, напоминающий сияние разлагающейся звезды. И этот глаз злобно всматривается во все приближающиеся суда.