- Приказ.

- Вы, кажется, вывели мне неуд, или я ошибаюсь?

- Ты не ошибаешься.

- Ну ладно... - остальное прозвучало неразборчиво.

Джим повернулся к Лоусону:

- Тебя, вероятно, следует ознакомить с нашими правилами.

- Валяйте, мистер Норман. - Правая бровь у парня была рассечена, и этот шрам Джим уже видел однажды. Определенно видел. Абсурд, бред... и тем не менее. Шестнадцать лет назад этот парень зарезал его брата.

Словно откуда-то издалека услышал он собственный голос, объясняющий школьные правила. Роберт Лоусон засунул большие пальцы рук за солдатский ремень и слушал его с улыбкой, то и дело кивая, как старому знакомому.

- Джим?

- Мм?

- У тебя неприятности?

- Нет.

- Что-нибудь с учениками в классе "Литература и жизнь?"

Без ответа.

- Джим?

- Нет.

- Может, ляжешь сегодня пораньше?

Если бы он мог уснуть!

Его опять мучили ночные кошмары. Когда этот тип с красной родинкой пырнул брата, он успел крикнуть Джиму вдогонку: "Следующий ты, малыш. Готовь пузишко".

Джим очнулся от собственного крика.

Он разбирал в классе "Повелителя мух" Голдинга и говорил о символике романа, когда Лоусон поднял руку.

- Да, Роберт? - голос Джима ничего не выражал.

- Что это вы меня так разглядываете?

Джим оторопело захлопал ресницами. В горле мгновенно пересохло.

- Может, я позеленел? Или у меня ширинка расстегнута?

Класс нервно захихикал.

- Я вас не разглядывал, мистер Лоусон, - возразил Джим все тем же ровным тоном. - Кстати, раз уж вы подали голос, скажите-ка нам, из-за чего поспорили Ральф с Джеком...

- Нет, разглядывали!

- Хотите, чтобы я отпустил вас к директору?

Лоусон на секунду задумался:

- Не-а.

- В таком случае расскажите нам, из-за чего...

- Да не читал я. Дурацкая книга.