- Хорошо... - Атон кивнул и окинул взглядом неподвижную фигуру Джейсона, покрытую с ног до головы черным мехом. - Скажи мне, юноша, не сочтешь ли ты делом Чести поработать в моем отделе?

- Ты слишком добр ко мне, достопочтенный.

Атон вновь кивнул.

- Я знал, что ты откажешься. Для молодых энергичных мужчин исследовательская работа кажется скучной и неинтересной. Что ж, мое предложение остается в силе. Ты можешь согласиться на него в любое время, если, естественно, твоя Честь ничем не будет запятнана. - Атон внимательно посмотрел на него. - И мне кажется, рано или поздно ты так и сделаешь, себе на удивление. Пока мы молоды, нам хочется добиться всего сразу. Мы мечтаем о непревзойденной Чести и об Основании Царств. Так и должно быть. Но по прошествии времени мы начинаем понимать, что на каждого главу Семьи приходятся миллионы тех, кто обязан взять на себя ответственность за дело Чести. Никогда не слагать с себя этой ответственности, целиком посвятить себя труду на благо нашей цивилизации, куда важнее, чем думать о собственной Чести... ты понял меня, юноша?

- Я... я всего лишь Троюродный Брат, - запинаясь, пробормотал Джейсон.

- Это не имеет значения, - сказал Атон. - Сирота - тоже член общества, и ему тоже надлежит в первую очередь думать не о собственной Чести, а о Чести общества, частью которого он является. - Он удивленно, но очень по-доброму посмотрел на Джейсона. - Почему ты плачешь, юноша?

- Я... недостоин... - глотая слезы, простонал Джейсон.

- Глупости! Разве я не говорил, что молодые должны мечтать? И где бы мы были, если б некоторые, пусть единицы, мечтателей и фантазеров не становились бы основателями Царств? Я лишь хотел объяснить тебе, что в погоне за собственной Честью нельзя забывать об обязанностях личности перед обществом. Успокойся... - ласково сказал Атон. - Я вижу, ты юноша чувствительный. Если ты проживешь еще пять сезонов, то станешь мужчиной, которым мы все будем гордиться... А теперь, иди.