Он приподнялся на локте, открыл глаза.

Не было уже никакой серости, вокруг висела обычная сентябрьская ночь. И луна по-прежнему торчала на прежнем месте, хмурила недовольную рожицу. Видимо, всё ей надоело.

Топор обнаружился в мокрой от росы траве. А вот чудовища больше не было. Совсем - яко дым да исчезло.

Или не совсем? Дмитрий поднялся на ноги, огляделся. В ушах всё ещё звенело, перед глазами плавали прозрачные пузырьки - но он уже мог двигаться.

Хвойная подстилка, где совсем недавно стояла тварь, была примята. И более того - отпечатались на ней следы. Невозможные, безумные.

Так что же - не сон, не бред? Дмитрий подобрал топор, прислушался. Какие-то звуки всё же доносились - издали, на пределе слышимости. Но уж рубить так рубить...

Он поискал глазами тропинку - да, кажется, направление верное. И медленно, то и дело оглядываясь, двинулся вперёд.

Не так уж долго пришлось идти. Сперва послышались голоса, потом потянуло дымком и мелькнуло за деревьями рыжее пламя.

Дмитрий вышел на поляну. Палатка, сложенные прямым углом брёвна, расстеленный на земле полиэтилен - а на нём закуски, недопитая бутылка водки "Флагман" и рядом несколько пустых, из-под пива.

Ну и люди ещё. Двое мужиков, на вид изрядно за сорок, и здоровенный, коротко стриженый парень призывного возраста. Почему-то завёрнутый в одеяло. А лицо его... Лицо прямо-таки излучало горе. Ни с чем не сравнимое, беспредельное. То ли девушку у него отбили, то ли мужское достоинство.

- Доброй ночи! - сухо произнёс один из старших, подкинув веток в костёр. Проблемы какие?

- Да нет, - замялся Дмитрий. Ему казалось, будто из страшной сказки он угодил в пошлый анекдот. - Просто у нас тут недалеко дети спят, школьников в поход вывели, так что просьба не шуметь. Договорились?

- Об чём базар? - кивнул второй дядька. - Всё будет цивилизованно. Чики-поки.