– Бортников Николай Петрович, год рождения… русский…. место рождения… служба в рядах… служба в органах… зачислен в школу милиции… окончил… разряд по самбо… служба в ОМОН… присвоить звание лейтенант… во взятках замечен или заподозрен не был… на акциях не свирепствовал… данные проверены… перепроверены… холост… пристрастия… проверены… индикация положительная…

– Кенарь, ты полегче, – сказал Джелат добродушно. – А то с твоими штучками первоотдельскими и смершовскими паренька сейчас удар хватит.

– Ничего, ничего, – отозвался тот, кого назвали Кенарем. – Вот тут его медицинская карта, так что удара быть не должно. Максимум – легкий обморок…

– Да? Ну, тогда, пока этот легкий обморок не случился… – Олег поворачивается ко мне. – Вот что, Коля… Да ты успокойся, дыши свободно. Детишки наши – они у нас головастенькие – ваши базы давно уже взломали и всю, как они выражаются, «инфу» оттуда вытащили. Так что мы все про вас знаем. У нас ведь и свои базы есть… то бишь – были…

Он хмыкает, потирает переносицу. А в разговор вступает этот самый Кенарь. Он упирается в меня тяжелым «давящим» взглядом, на лице проступает что-то невыразимо страшное:

– Итак, лейтенант Бортников, хочу вас обрадовать: лично к вам у нас претензий нет. Такое мы можем сказать лишь об очень немногих членах вашей организации, что особенно радует именно сейчас, когда большая часть честных и порядочных офицеров милиции, – он игнорирует новое наименование, введенное несколько лет тому назад, – большая часть их погибла при отражении инопланетного вторжения. Теперь к делу.

Кенарь поворачивает свой ноутбук ко мне:

– Вот это – место посадки тарелок. Бывший аэропорт «Внуково». На наше счастье, «зеленые» не в курсе о существовании подземной дороги в район, – на его лице появляется презрительная гримаса, – так называемого «президентского аэродрома». Мы планируем операцию по возможному захвату нескольких или хотя бы одного ЖИВОГО противника.