— Я потерпел кораблекрушение, — произнес голос. — Я хочу подружиться с вами.
Но больше они ничего не расслышали, потому что собаки залились таким диким лаем, что он все заглушил. Они были в ярости, они ненавидели существо, заговорившее с людьми. Со всех сторон раздавалось рычание, нарушающее мирную тишину ночи.
— Я пойду туда, — сказал Бен и достал фонарик, которым уже воспользовался чуть раньше.
Включив его, он направил луч в сторону холма и начал подниматься. Собаки, казалось, обезумели. Том что-то крикнул, но Бен не разобрал слов и продолжал идти вверх по склону, освещая путь и держа наготове ружье, которое, как и Том, прихватил из дома.
Он не заметил никакого движения, но что-то упало на тропу прямо перед ним. Тут же появилось невыносимое сияние и накатила волна сильного жара. Он невольно остановился. Обжигающее пламя было бело-голубого цвета. Бен увидел, как вспыхнуло какое-то растение, даже несмотря на то, что яркий свет до него не добрался.
В следующее мгновение он словно ослеп, перед глазами заплясали искры. Свет погас, и Бен уловил запах горячей земли и сожженных растений. Он услышал крик оставшегося внизу Тома и безумный лай собак. Но его вдруг охватила упрямая решимость. Кто-то, сообщивший, что потерпел кораблекрушение, при помощи огня и света велел Бену не приближаться. Это оружие не имело ничего общего с тем, чем обладали люди. Однако Бен не собирался бежать.
Он застыл, исполненный возмущения, а собаки внизу лаяли так яростно, что Том не мог перекричать их. По спине у Бена пробежал холодок. Хотя в глазах все еще плясали искры, он упорно вглядывался в темноту, откуда вырвалось предупреждающее об опасности пламя.
Он стоял довольно долго, предоставив прятавшемуся где-то наверху существу прикончить его, если возникнет такое желание, а затем начал медленно спускаться обратно.
По правде говоря, что еще он мог сделать? И что могли его спутники? Они вернулись на ранчо и начали длинную, совершенно бесполезную дискуссию. Они зря потратили время и силы, потому что на рассвете неожиданно проснулся Стаб и сообщил им то, что нормальному человеку даже в голову прийти не могло.