Сверху, от поворота серпантина, спускалась девушка… Да нет, 'спускалась' – это не совсем так… она – летела, она… плыла, она… парила – или как вам будет угодно, всё равно словами это явление не описать… Как-то этак – знаете, когда 'идёт, земли едва касаясь' – без какого-то видимого напряжения; не то – летит, не то – плывёт над самой землёй, как-то неповторимо легко… Может, так бывает, когда влюбляешься – но я был почему-то уверен, что не влюблён… И, тем не менее, совершенно потерял способность что-либо видеть, кроме неё, 'бегущей по волнам'… На ней было… я не знаю, что это было: платье – не платье, туника – не туника, хитон – не хитон, но что-то в этом роде… Не слишком непрозрачное, но и не совсем призрачное – как раз достаточно, чтобы понять, что на ней больше ничего нет… Коротенькое такое – едва ниже бёдер… А ноги – нет, это что-то умопомрачительное – такое словами передать просто невозможно… Это надо было только видеть… Господи, да Терпсихора – просто девчонка в сравнении с ней… Но – в совершенно неописуемое состояние привели меня её глаза… глубокие такие – не бездонные, как говорят, нет – просто есть какое-то непередаваемое ощущение чистоты, глубины и красоты… и красоты души, которую будто бы в этих самых глазах обнажённой видишь…

Девушка прошла мимо. Ещё какое-то время я стоял в том же оцепенении, потом ко мне постепенно вернулась способность соображать. Понятно, первым моим сознательным действием было – догадаться несложно – повернуть голову в ту сторону, куда она ушла. Её уже не было видно. Странно, но я даже не расстроился: она, как… память, как… ангел, как…