- Да что с вами? - воскликнул Грег.

- Плохо, мальчик, плохо. - Кребс положил свои большие руки ему на плечи. - Очень плохо, Давай присядем.

- Хорошо. Присаживайтесь. Я приготовлю кофе. Принесу шлепанцы.

Кребс снял мундир, сунул ноги в подставленные Томом тапочки, слегка постукивая горлышком бутылки о край рюмки, налил себе коньяк, выпил, облизнув губы и, отхлебнув из чашки горячий кофе, поставил ее на столик.

- Разговор, как я уже тебе говорил, предстоит долгий. Постарайся не перебивать меня, иначе я собьюсь. Мне понадобилась твоя помощь. Помощь криминалиста, сыщика, детектива и человека, которому я полностью во всем могу доверять. Да, да, не удивляйся, пожалуйста. И если уж я, бывший комиссар, один из лучших когда-то комиссаров, пришел за помощью, значит, действительно дело дрянь. Мне известно - ты с отпуска не читаешь газет, а тем более находясь далеко за океаном. Поэтому слушай.

Все началось дней десять назад, в субботу. Если мне не изменяет память сейчас это бы было неудивительно, - ты как раз только что улетел на Гавайи.

- Совершенно точно, - подтвердил Том. - Я проводил Джин и днем уже порхал в воздухе.

- Так вот. Я сидел, как обычно, дома, когда позвонил дежурный и передал приказ немедленно прибыть к собору Благодарения, ибо там, как он сказал, творится что-то неописуемое.

Приближаясь к собору, я увидел огромную возбужденную толпу. Нет, это не была демонстрация, сборище хулиганов или чтолибо подобное. Никаких флагов, плакатов, камней и пустых бутылок. Толпа зевак - лучше не назовешь. У подъезда впритык стояли полицейские и санитарные машины. Повсюду масса наших ребят - в форме и штатском. Как только я выскочил из автомобиля, ко мне подбежал младший инспектор Брайс. Если бы ты его видел! Этот безусловно храбрый человек был бел как молоко, трясся и заикался.