Это может означать, что завод закрылся; в таком случае в городе мог произойти небольшой спад. Мне надо проверить суды – выяснить, не было ли слушания дела о банкротстве завода. Еще один источник значительного дохода – от иерихонской гостиницы, которая специализируется на спортсменах. Нет указаний на то, что она еще функционирует, так что я подумал… ну, может, имеет смысл поехать туда и посмотреть самому…

Под сердитым взглядом Брустера Мортон умолк.

– Как долго вы намереваетесь отсутствовать?

– Не знаю, неделю, может, две, если ситуация этого потребует. – Мортон переступил с одной ноги на другую. Брустер всегда заставлял его чувствовать себя восьмилетним мальчишкой.

– Какая ситуация могла бы этого потребовать? – резко спросил Брустер.

– Если город окажется процветающим и наотрез откажется сотрудничать с нами, тогда мне может и не понадобиться целая неделя; несколько дней будет достаточно, чтобы составить полный отчет. Но если в городе проблемы с безработицей, тогда мне придется побродить по округе, посмотреть, насколько глубок кризис. – Мортон не мог разобраться в выражении холодных глаз Брустера, увеличенных очками. – Мы ведь должны проявлять сострадание, не так ли, сэр? Не выносить скоропалительных решений, не допускать произвола? После реформы и всех этих изменений нам велели проявлять понимание, не так ли? Если у города нет денег, это могло бы объяснить их поведение.

– Могло бы, – допустил Брустер. Он откинулся назад и разглядывал Мортона вдоль линии своего длинного римского носа; этот маневр был предназначен для запугивания. – Почему я должен посылать вас? Почему не Каллишера или Броуди?

– Ну, ведь я это обнаружил, сэр, – сказал Мортон, как будто у него собирались отобрать любимую игрушку.