— Привет. С кем ты разговаривал? Сам с собой?

— Да! — Он яростно продолжал скрести свои руки, потом отбросил окровавленную листву. — Мартал умерла. Бурильщик зарылся в нее. Возможно, я убил ее сам, пытаясь его вытащить, но она бы все равно умерла… Нельзя оставлять яйца бурильщика. Ты слышал про экспедицию?

— Да. Немного. Я никак не могу заставить кого-нибудь рассказать мне все.

Ученый сгреб со стены пучок листвы и попробовал очистить скальпель. Он не смотрел на Града.

— Что ты думаешь?

Град пришел уже в ярости и, пока ожидал в пустой хижине, рассердился еще больше, однако попытался никак не показать этого при разговоре.

— Я думаю, наш Председатель пытается избавиться от некоторых граждан, которых он не любит. Все, что я хочу знать, — почему и от меня тоже?

— Председатель дурак. Он считает, что наука в силах остановить засуху.

— А, так у тебя тоже неприятности? А ведь ты винил меня, — упрекнул Град.

Наконец Ученый взглянул на него. Град ожидал, что у того будет виноватый вид, но глаза Ученого были спокойными.

— Я позволил ему думать, что обвинять нужно тебя, это верно. Теперь я хочу, чтобы ты кое-что сделал…

Ответом ему был громкий смех.

— Что, еще механизмы, которые я должен тащить с собой на ствол?

— Град*… Джеффер… Что я рассказывал тебе о дереве? Мы вместе изучали Вселенную, но дерево — самая важная вещь. Разве я не учил тебя, что все живое умеет удерживаться у медианы Дымового Кольца, где есть воздух, и вода, и почва?

— Все, кроме деревьев и человека.

— У интегральных деревьев есть такой способ. Я учил тебя.

— Я… Я думал, это только догадка… О, я вижу. Ты хочешь поставить на кон мою жизнь.

Ученый опустил глаза.

— Думаю, да. Но если я прав, ничего не останется — лишь ты и те люди, которые пойдут с тобой, Джеффер. Может быть, это ерунда, и ты вернешься вместе со всеми, и вы принесете… все, в чем мы нуждаемся: индеек на развод, каких-нибудь мясных животных, способных жить на стволе. Я не знаю…