— А все-таки, не нравится мне тут, — снова подал голос Риккардо, оглядев низкое свинцовое, набухшее дождем небо, унылое летное поле и виднеющиеся вдали грязно-синие холмы, нависшие над плоской равниной. — Что нас неприветливо нас встречает эта земля…

… Никто толком так и не смог объяснить того, что произошло. Думается, аналитикам в штабе тоже придется поломать свои головы. Потому что… Потому что так не бывает!

Итак, первый транспортный самолет тихо и мирно заходил на посадочную полосу. Джекоб настроил камеру, готовясь вести прямой репортаж. Но для начала куда-то ушла связь. Ушла и все тут. Джекоб судорожно склонился над аппаратурой, пытаясь понять, что стряслось — и тут услышал исполненный ужаса крик Риккардо. Он поднял глаза — и ему захотелось присоединиться. Самолет уже коснулся колесами земли — и пер по полосе. А на самой ее середине торчал ободранный, усеянный пятнами ржавчины, гусеничный механизм непонятного назначения. Размышлять, откуда он взялся, времени не осталось — потому что самолет шпарил прямо на него. Несколько секунд, которые показались часами, все, кто находился на аэродроме наблюдали приближение неизбежного. И вот — раздался мерзкий звук рвущегося железа — и над самолетном — точнее, над той грудой осколков, которые только что были самолетом — взмыло багровое пламя. В следующую секунду Джекоб осознал себя держащим камеру нацеленной на место катастрофы. Связь появилась! Работал не он, работал профессиональный корреспондент, загоняя в режиме on-line в Интернет отчет о происходящем.

К горящей машине бежали солдаты — что было, в общем-то, совершенно бессмысленным делом. Самолет горел на удивление мощно. Так что оказать хоть какую-то помощь не было никакой возможности. Добежав, солдаты, начинали метаться вокруг, оглашая окрестности совершенно невероятными проклятиями.