Вечером все программы новостей, которые я смотрела в отеле, трубили о случившемся, которое, естественно, было ЧП для тихой Швейцарии. Многократно показывали здание банка, операционный зал с разбитыми камерами, брали интервью у служащих, затем показали не очень качественную запись того, что успели снять телекамеры, пока двое моих соотечественников оформляли документы на пользование депозитарием. Эта процедура не отнимает много времени, да и господа явно знали, как следует стоять и в какой момент поворачивать корпус, чтобы телекамера не запечатлела их лица. Портреты оказались расплывчатыми.

Клерк, которого уже привели в чувство, говорил про большую родинку под левой ноздрей одного налетчика, у его напарника над правой бровью шел некрасивый шрам. Второй клерк видел только одного – с родинкой. Я же, услышав про особые приметы, подумала, что они вполне могли оказаться накладными. Если хочешь, чтобы тебя не запомнили, надо «пристроить» на лице какую-нибудь запоминающуюся деталь: шрам, родинку, бородавку – и все будут в первую очередь обращать внимание и запоминать именно ее. Отец моего второго мужа работал гримером на «Ленфильме» и рассказывал об этом много интересного. От него же я знала, как без особого труда преобразить свою внешность. Например, для того чтобы получить шрам, следует использовать стягивающий раны состав – медицинский коллодий, который не смывается водой, только спиртом. Наши люди – большие выдумщики. Голь на выдумку хитра.

Я вытащила из сумки бутылку швейцарского шнапса «Pflumli», изготовляемого из вишни или сливы, и открыла. Почему-то швейцарский шнапс мне нравится гораздо больше, чем немецкий, но о вкусах не спорят, не так ли? Мне обязательно надо снять стресс – после всех переживаний сегодняшнего дня.