Мои глаза полезли на лоб (разумеется, на мой собственный).

Т'Шомбе кивнула в знак подтверждения:

— Такое уже было — в прошлый раз. Также мы можем предположить, что нас с тобой оставят — иначе мы бы уже сидели и слушали лекцию консультанта по перераспределению кадров. — Тут она замолкла и, надув губы, глубоко задумалась. — Поскольку нам больше ничего неизвестно — то есть знаем мы с гулькин нос — лучше всего тебе сейчас не рыпаться и терпеливо терпеть. Надо будет что-то сделать — тебе скажут.

Поразмыслив над ее словами, я уныло уставился на мои непарные носки и покачал головой:

— Не нравится мне все это. Понимаешь, Гасан мне был ПО ДУШЕ. И мне ужасно жалко, что с ним такое вышло — если я его судьбу правильно себе представляю. Как ты думаешь, удобно будет, если я, типа, сегодня днем позвоню ему домой?

Т'Шомбе так и подпрыгнула:

— И думать забудь! С работы — ни в коем разе, да и с твоего домашнего телефона не стоит. Фирма очень-очень не любит, когда уцелевшие после реорганизации звонят бывшим сотрудникам. А с техникой они чудеса творят — вычислят тебя по Номеру телефонной карты и вообще…

Л я-то думал, что меня уже ничем не удивишь:

— Но…

— Поверь мне, Пайл. — Т'Шомбе помешала ложечкой в кружке, глотнула кофе и тут же чуть его не выплюнула мне в лицо. — Теперь, когда Гасан вычеркнут из списка людей, они на тебя в суд могут подать за то, что ты с ним разговаривал. Да я поспорить готова, что прямо в эту нот минуту копы предъявляют жене Гасана ордер на обыск и ворошат их дом в поисках ворованных ручек и скрепок. — Насильно влив в себя еще глоток кофе, она уставилась на меня змеиным взглядом из-за кружки.