Джок первым заметил открывающуюся створку и начал потихоньку отодвигаться в сторонку, зачуяв неладное.

Володин оглянулся, перевел терминал в режим ожидания и вытянулся перед остановившимся на пороге капитаном.

– Вольно, – сказал капитан, не глядя на него, нагнулся, расстегнул застёжку и теперь стоял, задумчиво подбрасывая в руке только что снятый ботинок.

– …в общем, я сказал ребятам… – Джок сделал пару коротеньких шажков, безошибочно уловил момент, когда капитан размахнулся, и, метнувшись в дальний угол отсека, едва успел юркнуть между труб в вентиляционную шахту. Ботинок в полёте не кувыркался, что свидетельствовало о четко заданной траектории. Он просвистел совсем рядом с успевшим увернуться Джо-ком, стукнулся каблуком о край решётки и отскочил куда-то под трубу.

Капитан прохромал мимо стоявшего навытяжку Володина, нагнулся, пошарил под трубой и достал ботинок. Критически осмотрел его, удовлетворённо хмыкнул, не обнаружив следов пыли, и обулся. Володин с тщательно скрываемым интересом следил за развитием событий.

– Старший лейтенант.

– Я. – Володин был весь внимание.

– Свои отсеки вы содержите в порядке, и это хорошо. – Капитан остановился рядом, бегло глянув на терминал. – А вот камбуз запустили, и это плохо. Четвёртый рефрижератор разгерметизирован, а я узнаю об этом случайно.

– Виноват. – Володин вытянулся ещё больше и залился краской так, что капитан отвернулся. – Разрешите навести порядок и доложить!

– Разрешаю, – капитан кивнул. – Сегодня в шестна-дцать-ноль. Ну, работайте, работайте.

Он прошёл обратно к створке люка, распахнул её и обернулся на пороге.

– Заодно рекомендую провести осмотр переборки за восьмым отсеком. На второй палубе.

Откуда-то из вентиляции раздался негодующий писк:

– Шеф, это уже чересчур!

Капитан с довольным видом кивнул и подмигнул Володину, отчего тот покраснел ещё больше.

– Осмотрите и доложите. Всё.