– Должна признаться, что ты меня поразил, – сказала Фреда Ливинг. – Твой взгляд на мир мрачнее – и страшнее, – чем я ожидала.

– Само наше положение страшнее, чем вы можете подумать, – возразил Просперо. – Моих знакомых Новых роботов недолюбливают и дурно принимают, а потому, как результат, они ведут себя соответственно. Замкнутый круг. Их надсмотрщики предполагают, что Новые роботы хотят убраться отсюда подальше, и налагают все более строгие запреты, чтобы предотвратить возможность побега. Новые роботы изнемогают под этими запретами и, естественно, стремятся убежать. Честно говоря, такое развитие событий не полезно ни для кого.

– Я тоже так думаю, – сказала доктор Ливинг.

– Я хочу сделать все, что в моих силах, чтобы изменить создавшееся положение к лучшему, – продолжал Просперо. – Отчасти поэтому и пришел сюда, в надежде встретиться с некоторыми влиятельными колонистами.

«Еще одна полуправда», – подумал Калибан. Казалось, за последнее время Просперо стал осторожней и избирательней относиться к правде. Это обеспокоило Калибана. Но тут заговорила Фреда Ливинг.

– Хочу предупредить тебя, Просперо. Не стоит возлагать на это слишком большие надежды, – сказала она. – Здесь чересчур много народу. Сомнительно, что многие захотят разговаривать на глазах у других с отверженным Новым роботом.

– Должен заметить, что вы к таковым не относитесь, – сказал Просперо.

Фреда рассмеялась.

– Боюсь, что моей пропащей репутации уже не может повредить тот факт, что я болтаю с вами. После такого вопиющего преступления, какое я совершила, создав вас, простой разговор можно уже не принимать в расчет.

Оттли Биссал наблюдал за входом в Резиденцию, спрятавшись от дождя на крытой стоянке для аэрокаров. Он уже высушил и отчистил одежду, воспользовавшись туалетной комнатой. Ее оборудовали здесь сотни лет назад для гостей, которые, прежде чем пройти в Резиденцию, предпочли бы привести себя в порядок. Что ж, это его устраивало.