Это не только "информационный терроризм" может вести к тем "Чернобылям" еще большая угроза может возникнуть пропорционально размерам экономико-политической власти, отдаваемой в распоряжение или на хранение сетям. Сети не должны, например, (вместе с их "компьютерными узлами") просто заменять библиотеки, публичные ли, или научно-университетские: они не должны ничего замещать как хранилища информации. Потому что монопольная концентрация, даже в сетях, ни здоровой, ни полностью безопасной быть не может. Таким образом, мы имеем перед собой картину в крайностях скорее парадоксальную: либо общества в коммуникационном смысле "спаянного", а вместе с тем сильного индивидуалистически, в котором доходит до "всеобщей пацификации", потому как "физически" никто никому ничего плохого сделать не может, а ценой тому фактическое одиночество в электронном коконе. Жизнь становится "виртуальной", "фантоматизированной". Можно быть в Лувре, в Гималаях, везде, быть даже "каждым" (есть "компьютерно-сетевые наркоманы", которые рассылают по сети свои фиктивные личностные воплощения - в Тарзана, в девушку, в кролика...), но "действительно" находиться в одном месте. По-моему, это скорее плохая science fiction.

Либо сеть не связывает людей, но во власти каких-то монополистов она находится над людьми и может всесторонне ими управлять. Мой критик Анджей Стофф (Andrzej Stoff) удачно заметил, что "достаточно доброжелательного Большого Брата" (возможно электронного, как молох, управляющий обществом отца Дюбарле) я ввел в "Возвращении со звезд" [роман написан в 1961 году - В.Я.], как "невидимого электрократа", который "лично" кажется вообще в романе неприсутствующим, даже в рассуждениях героев нигде не названный, однако его существование кажется логически происходит оттуда, что определенные учреждения (например, так называемый "Адапт") в состоянии неустанно наблюдать и контролировать (но без вмешательства) самые незначительные шевеления или движения личности (героя, но, возможно, не только его).