Харизматичная ораторша Стародомская клеймила российское здравоохранение:

– Долой тоталитарную медицину, ущемляющую права одноклеточных!

Перегревшиеся на московском солнце безарийцы восторженно аплодировала ложноножками.

Мартин протиснулся через кольцо журналистов и заметил ещё одну громадную амёбу. Безариец как раз общался с накрашенной девицей. Девица не выдержала:

– Ну ты, микроб-переросток! Двести – и ни кляксом меньше!

Беззариец, уже на треть объёма состоявший из “Клинского пива”, булькнул что-то утвердительное.

Мартина путаны проигнорировали.

За несколько кварталов от Станции было спокойнее. И гости из иных миров попадались реже. Мартин поймал такси.

Садясь в машину, он заметил зелёного гуманоида. Гуманоид слабо повизгивал, а двое милиционеров охаживали пришельца дубинками.

Мартин вздохнул и отвернулся. Брата по разуму – жалко. Но московской регистрации ещё никто не отменял…

Он вдруг вспомнил гипотезу одного российского учёного. Этот саратовский психолог в результате кропотливых наблюдений сделал вывод: менты – лишены разума. Особенно, столичные. “Глупость, – подумал Мартин, – А как же звёздочки, как же кокарды?…”

Он опять оглянулся. На лице лейтенанта, в очередной раз заносившего дубинку, явственно читалось интеллектуальное усилие.

“Конечно, глупость, – решил Мартин, – Просто разум иногда имеет такие причудливые формы…”

И всё таки здорово, что у него с регистрацией всё в порядке.

Летний вечер обещал быть спокойным и размеренным. Добравшись до родной квартиры, усталый “охотник” скинул рюкзак. Драгоценную книгу бережно распаковал и положил на письменный стол.

Дальше начались сюрпризы. Едва он выбрался из душа – требовательно дзынькнул видеофон.

Мартин проигнорировал. Видеофон не унимался. Пришлось нажал кнопку. Вспыхнул экранчик и Мартин понял, что не ошибся в худших ожиданиях.

– Я тебя не оторвал? – ласково сощурился дядя.